США за 20 лет утроили добычу угля, чем ответит РФ? – горный инженер Джигрин

На фоне технологических прорывов последних десятилетий такой важный в прежние годы ресурс, как уголь, перестал восприниматься как что-то важное. Атомная, а потом и «зелёная» энергетика, казалось бы, навсегда вывели уголь из серьёзных игроков на поле энергетики.

Но, во-первых, уголь, который используется как топливо – это только один его вариант. Далеко не самый ценный. Есть так называемые «коксующиеся угли», без которых невозможна металлургическая промышленность. А, во-вторых, в последние десятилетия, как бы это ни показалось странным, добыча и использование угля в мире только нарастали.

Об этом Агентство экономических новостей попросило рассказать горного инженера, бывшего-директора по научной работе Института горного дела им. А.А. Скочинского а сегодня – генерального директора компании «Геотехнология-Взрывозащита», доктора технических наук Анатолия Джигрина. Вот что он нам поведал.

Кокс Донбасса

«Я сейчас занимаюсь программой восстановления шахт Донбасса. В первую очередь тех, в которых добывают коксующийся уголь. Кокса, вообще, во всём мире не хватает. Основные лидеры по производству чёрного металла для которого такой уголь крайне необходим – это Китай и Индия.

Сегодня в России кокса (угля – прим. ред.) мало. Много энергетического угля. И сегодня мы восстанавливаем шахты Донбасса, потому что они знамениты тем, что тут добывают кокс. Это критически важный ресурс для металлургии. А без мощной металлургии не будет ни танков, ни самолётов, ни артиллерии.

Поэтому уголь – это товар, спрос на который на рынке всегда есть и будет. Сегодня наша государственная программа – к 2050 году удвоить добычу: с 300 миллионов тонн до 600-700 тонн угля. То есть выйти на уровень добычи, который был в Советском Союзе. И этот уровень достигался при участии Донбасса. Если Донбасс будет с Россией, то мы легко на запланированный уровень выйдем».

Нерушимая любовь

«Надо понимать, что на Донбассе добыча угля накрепко связана с производством. Тут как у людей: чтобы была крепкая семья, нужно чтобы и мужчина, и женщина любили друг друга. Нельзя взять коксовый уголь из одной шахты и применить его к коксовой батарее в другом регионе.

Например, по сей день не трогают Авдеевский коксохимический завод. Почему так, не задавались вопросом? Потому что это уникальный комбинат. На нём стоят косовые батареи, которые даже бомбить не надо. Их достаточно отключить на время. И всё, придётся строить новую: в остановленной кокс «козлится», то есть закипает и получается просто шлакоблок.

Поэтому мы сейчас занимаемся восстановлением работы шахт, которые нужны именно для Донецкого коксохима и Коммунарского (это ещё с советских времён осталось)».

Почему уголь?

«Почему сегодня Европа кинулась восстанавливать угольные электростанции. Потому что в пересчёте энергетического эквивалента газа к углю в запасах – это примерно «один к ста». Газ кончится, а дальше что делать?»

Поэтому сейчас надо плотно заниматься добычей угля, развивать его переработку и решать экологические проблемы: фильтры, способы очистки и так далее. Китай, кстати, по этому пути давно пошёл, моё предприятие сотрудничает с угольщиками этой страны по вопросам защиты от взрывов».

«Поэтому могу заверить: Китай по мощности угольных электростанций растёт. Да, растёт и потребление газа. Но если смотреть по мощности, по производимой электроэнергии, львиная доля – это угольная генерация. Поэтому, повторю: Россия всегда найдёт кому свой уголь продать.

Давайте посмотрим на те же США. В конце 90-х годов там добывалось 300 миллионов тонн угля. Чуть-чуть больше, чем Россия. А сейчас они добывают уже порядка миллиарда тонн. Почему они подняли в три раза добычу. Ответы простые: цена и качество энергии, получаемой из этого топлива».